Неточные совпадения
Тут вспомнил кстати и о — кове мосте, и о Малой Неве, и ему опять как бы стало холодно, как давеча, когда он стоял над водой. «Никогда в жизнь мою
не любил я воды, даже в пейзажах, — подумал он вновь и вдруг опять усмехнулся на одну странную мысль: ведь вот, кажется, теперь бы
должно быть все равно насчет этой эстетики и комфорта, а тут-то именно и разборчив стал, точно зверь, который непременно
место себе выбирает… в подобном же случае.
«Хорошее,
должно быть,
место, — подумал Свидригайлов, — как это я
не знал. Я тоже, вероятно, имею вид возвращающегося откуда-нибудь из кафешантана, но уже имевшего дорогой историю. А любопытно, однако ж, кто здесь останавливается и ночует?»
Для того же, чтобы теоретически разъяснить всё дело и окончить сочинение, которое, сообразно мечтаниям Левина,
должно было не только произвести переворот в политической экономии, но совершенно уничтожить эту науку и положить начало новой науке — об отношениях народа к земле, нужно
было только съездить за границу и изучить на
месте всё, что там
было сделано в этом направлении и найти убедительные доказательства, что всё то, что там сделано, —
не то, что нужно.
В шапке черных и,
должно быть, жестких волос с густосиними щеками и широкой синей полосой на
месте усов, которые как бы заменялись толстыми бровями, он смотрел из-под нахмуренных бровей мрачно, тяжело вздыхал, его толстые ярко-красные ‹губы› смачно чмокали, и, спрятав руки за спину,
не улыбаясь, звонким, но комически унылым голосом он рассказывал...
— Нуте-с, товарищи, теперь с баррикад уходить
не дело, — говорит он, и все слушают его молча,
не перебивая. — На обеих баррикадах
должно быть тридцать пять, на этой — двадцать. Прошу на
места.
На его
место присылают из Петербурга или из Москвы какого-то Васильева; тоже,
должно быть, осел, умного человека в такой чертов угол
не пошлют.
Таким образом (то
есть в целях будущего),
не церковь должна искать себе определенного
места в государстве, как «всякий общественный союз» или как «союз людей для религиозных целей» (как выражается о церкви автор, которому возражаю), а, напротив, всякое земное государство
должно бы впоследствии обратиться в церковь вполне и стать
не чем иным, как лишь церковью, и уже отклонив всякие несходные с церковными свои цели.
— Поляк он, ее офицер этот, — заговорил он опять, сдерживаясь, — да и
не офицер он вовсе теперь, он в таможне чиновником в Сибири служил где-то там на китайской границе,
должно быть, какой полячоночек мозглявенький.
Место, говорят, потерял. Прослышал теперь, что у Грушеньки капитал завелся, вот и вернулся — в том и все чудеса.
Когда судебный пристав с боковой походкой пригласил опять присяжных в залу заседания, Нехлюдов почувствовал страх, как будто
не он шел судить, но его вели в суд. В глубине души он чувствовал уже, что он негодяй, которому
должно быть совестно смотреть в глаза людям, а между тем он по привычке с обычными, самоуверенными движениями, вошел на возвышение и сел на свое
место, вторым после старшины, заложив ногу на ногу и играя pince-nez.
С каким удовольствием я
поел крестьянского хлеба! Вечером в избу собрались все крестьяне. Они рассказывали про свое житье-бытье на новом
месте и часто вздыхали.
Должно быть, несладко им досталось переселение. Если бы
не кета, они все погибли бы от голода, только рыба их и поддержала.
Оно
не имеет
места, ибо
не нуждается в помещении, как будто бы
не могло носить само себя; то, что
должно быть поддерживаемо,
не одушевлено и
есть падающая масса, если она
не имеет твердой опоры.
Медвежий след издалека
был виден. Видно
было, как шел медведь, как
местами по брюхо проваливался и выворачивал снег. Мы шли сначала в виду от следа, крупным лесом; а потом, как пошел след в мелкий ельник, Демьян остановился. «Надо, — говорит, — бросать след.
Должно быть, здесь ляжет. Присаживаться стал — на снегу видно. Пойдем прочь от следа и круг дадим. Только тише надо,
не кричать,
не кашлять, а то спугнешь».
Должно быть, это своеобразно красиво, но предубеждение против
места засело так глубоко, что
не только на людей, но даже на растения смотришь с сожалением, что они растут именно здесь, а
не в другом
месте.
Не раз возобновлялся у них разговор об этом, и сердечными, задушевными словами Пантелея убедился Алексей, что затеянное ветлужское дело чем-то
не чисто… Про Стуколова, пропадавшего так долго без вести, так они и решили, что
не по дальним
местам,
не по чужим государствам он странствовал, а,
должно быть, за фальшивую монету сослан
был на каторгу и оттуда бежал.
— То-то и
есть, — продолжала Манефа. — Как же
должно вашего Софрона епископа понимать?.. А?..
Были от меня посыланы верные люди по разным
местам, и письмами обсылалась… Нехорошие про него слухи, Василий Борисыч, ох, какие нехорошие!.. А Москва его терпит!.. Да как
не терпеть?.. Московский избранник!..
Зло коренится
не в бытии, а в небытии; оно возникло в сфере небытия и, заняв призрачное, фиктивное
место в бытии,
должно быть окончательно оттеснено в сферу небытия,
должно быть изничтожено, изобличено во всем ничтожестве своего небытия, своей поддельности.
— Ничего
не будет, уж я чувствую, — сказал барон Пест, с замиранием сердца думая о предстоящем деле, но лихо на бок надевая фуражку и громкими твердыми шагами выходя из комнаты, вместе с Праскухиным и Нефердовым, которые тоже с тяжелым чувством страха торопились к своим
местам. «Прощайте, господа», — «До свиданья, господа! еще нынче ночью увидимся», — прокричал Калугин из окошка, когда Праскухин и Пест, нагнувшись на луки казачьих седел,
должно быть, воображая себя казаками, прорысили по дороге.
Бельтов прошел в них и очутился в стране, совершенно ему неизвестной, до того чуждой, что он
не мог приладиться ни к чему; он
не сочувствовал ни с одной действительной стороной около него кипевшей жизни; он
не имел способности
быть хорошим помещиком, отличным офицером, усердным чиновником, — а затем в действительности оставались только
места праздношатающихся, игроков и кутящей братии вообще; к чести нашего героя,
должно признаться, что к последнему сословию он имел побольше симпатии, нежели к первым, да и тут ему нельзя
было распахнуться: он
был слишком развит, а разврат этих господ слишком грязен, слишком груб.
— И, матушка, господь с тобой. Кто же
не отдавал дочерей, да и товар это
не таков, чтоб на руках держать: залежится, пожалуй. Нет, по-моему, коли Мать Пресвятая Богородица благословит, так хорошо бы составить авантажную партию. Вот Софьи-то Алексеевны сынок приехал; он ведь нам доводится в дальнем свойстве; ну, да ведь нынче родных-то плохо знают, а уж особенно бедных; а
должно быть, состояньице хорошее, тысячи две душ в одном
месте, имение устроенное.
Туда в конце тридцатых и начале сороковых годов заезжал иногда Герцен, который всякий раз собирал около себя кружок и начинал обыкновенно расточать целые фейерверки своих оригинальных, по тогдашнему времени, воззрений на науку и политику, сопровождая все это пикантными захлестками; просиживал в этой кофейной вечера также и Белинский, горячо объясняя актерам и разным театральным любителям, что театр —
не пустая забава, а
место поучения, а потому каждый драматический писатель, каждый актер, приступая к своему делу, должен помнить, что он идет священнодействовать; доказывал нечто вроде того же и Михайла Семенович Щепкин, говоря, что искусство
должно быть добросовестно исполняемо, на что Ленский [Ленский Дмитрий Тимофеевич, настоящая фамилия Воробьев (1805—1860), — актер и драматург-водевилист.], тогдашний переводчик и актер, раз возразил ему: «Михайла Семеныч, добросовестность скорей нужна сапожникам, чтобы они
не шили сапог из гнилого товара, а художникам необходимо другое: талант!» — «Действительно, необходимо и другое, — повторил лукавый старик, — но часто случается, что у художника ни того, ни другого
не бывает!» На чей счет это
было сказано, неизвестно, но только все присутствующие, за исключением самого Ленского, рассмеялись.
Забиякин (улыбаясь).
Должно быть, что
не без того-с. По человечеству, знаете… А ведь прискорбно
будет, поручик, если вы, с вашими познаниями, с вашими способностями, с вашим патриотизмом — потому что порядочный человек
не может
не быть патриотом — прискорбно
будет, если со всем этим вы
не получите себе приличного
места…
Отставной капитан Пафнутьев, проситель шестидесяти лет, с подвязанною рукою и деревяшкой вместо ноги вид имеет
не столько воинственный, сколько наивный, голова плешивая, усы и бакенбарды от старости лезут, напротив того, на
местах, где
не должно быть волос, как-то на конце носа, оконечностях ушей, — таковые произрастают в изобилии. До появления князя стоит особняком от прочих просителей, по временам шмыгает носом и держит в неповрежденной руке приготовленную заранее просьбу.
— Свято
место не должно быть пусто. Там, где бог живет, —
место наболевшее. Ежели выпадает он из души, — рана
будет в ней — вот! Надо, Павел, веру новую придумать… надо сотворить бога — друга людям!
Я выступил в нашем издательстве с программой, которую в двух словах можно
было охарактеризовать так: утверждение жизни. Этим приблизительно все уже сказано: в сборниках наших
не должно найти
место даже самое талантливое произведение, если оно идет против жизни, против необходимости борьбы за лучшую жизнь, за перенесение центра тяжести в потусторонний мир, за отрицание красоты и значительности жизни.
Впрочем, под словом чистые
не должно разуметь таких гладких
мест, на которых негде
было бы спрятаться и притаиться.
Часто люди,
не соглашаясь с учением Христа в его настоящем смысле,
не соглашаясь с воздаянием добром за зло, говорят, что если принять это учение, то разрушится весь привычный порядок жизни, и что поэтому учение это нельзя принять. А между тем учение Христа и
есть именно такое учение, которое
должно разрушить дурное устройство нашей жизни. Оно затем и проповедано миру, чтобы разрушить старый дурной порядок и установить на его
место новый, хороший.
А приверженцы художественности разве
не провозглашали: искусство
должно служить вечным и всеобщим требованиям эстетики, а Островский в «Доходном
месте» низвел искусство до служения жалким интересам минуты; потому «Доходное
место» недостойно искусства и
должно быть причислено к обличительной литературе!..
—
Не то что
не пущу, — продолжал Дмитрий, вставая с
места и начиная ходить по комнате,
не глядя на меня, — а
не советую ему и
не желаю, чтоб он ехал. Он
не ребенок теперь, и ежели хочет, то может один, без вас ехать. А тебе это
должно быть стыдно, Дубков; что ты делаешь нехорошо, так хочешь, чтоб и другие то же делали.
И лечился я таким образом с этим баринком тут в трактире до самого вечера, и все
был очень спокоен, потому что знаю, что я
пью не для баловства, а для того, чтобы перестать. Попробую за пазухою деньги, и чувствую, что они все, как
должно, на своем
месте целы лежат, и продолжаю.
Амальхен тоже засмеялась, презрительно сморщив свой длинный нос. В самом деле,
не смешно ли рассчитывать на
место главного управляющего всем этим свиньям, когда оно
должно принадлежать именно Николаю Карлычу! Она с любовью посмотрела на статную, плечистую фигуру мужа и кстати припомнила, что еще в прошлом году он убил собственноручно медведя. У такого человека разве могли
быть соперники?
Но об этом довольно — пожалуй, станешь распространяться о том, что
должно быть не на бумаге, а где-нибудь в другом
месте.
Не отдохнув еще как
должно от вчерашнего перехода, Ахилла начал дремать, но как дрема
была теперь для него
не у
места, то он задумал рассеяться едою, к чему недоеденные вчера куски лепешки представляли полную возможность.
Передонов сидел рядом с Мартою. Ему расчистили так много
места, что Марте совсем неудобно
было сидеть. Но он
не замечал этого. А если бы и заметил, то подумал бы, что так и
должно: ведь он — гость.
— Приглашает в злачное
место, слышишь? — сказал ему Палтусов. — Иван Алексеевич…
должно быть, Татьянин день
не может иначе кончиться…
Воспоминание о ссылке Матвеева
не должно было исчезнуть между Нарышкиными, а при этом воспоминании нередко обращалось, конечно, внимание и на невежество бояр, обвинивших Матвеева в чернокнижии, и на то, как они обманывают добродушного Феодора, и на то, как сами пользуются своими
местами, взводя между тем обвинение в лихоимстве на Матвеева, и т. п.
Но вот в воздухе запахло гнилью, прелым навозом. Илья перестал
петь: этот запах пробудил в нём хорошие воспоминания. Он пришёл к
месту городских свалок, к оврагу, где рылся с дедушкой Еремеем. Образ старого тряпичника встал в памяти. Илья оглянулся вокруг, стараясь узнать во тьме то
место, где старик любил отдыхать с ним. Но этого
места не было:
должно быть, его завалили мусором. Илья вздохнул, чувствуя, что и в его душе тоже что-то завалено мусором…
— Скоро уже девочка взрастёт. Я спрашивала которых знакомых кухарок и других баб — нет ли
места где для девочки? Нет ей
места, говорят… Говорят — продай!.. Так ей
будет лучше… дадут ей денег и оденут… дадут и квартиру… Это бывает, бывает… Иной богатый, когда он уже станет хилым на тело да поганеньким и уже
не любят его бабы даром… то вот такой мерзюга покупает себе девочку… Может, это и хорошо ей… а всё же противно
должно быть сначала… Лучше бы без этого… Лучше уж жить ей голодной, да чистой, чем…
За табльдотом мы познакомились. Оказалось, что он помпадур, и что у него
есть"вверенный ему край", в котором он наступает на закон. Нигде в другом
месте —
не то что за границей, а даже в отечестве — он, милая тетенька, наступать на закон
не смеет (составят протокол и отошлют к мировому), а въедет в пределы"вверенного ему края" — и наступает безвозбранно. И,
должно быть, это занятие очень достолюбезное, потому что за границей он страшно по нем тосковал, хотя всех уверял, что тоскует по родине.
Ну-с, расхаживал я, расхаживал мимо всех этих машин и орудий и статуй великих людей; и подумал я в те поры: если бы такой вышел приказ, что вместе с исчезновением какого-либо народа с лица земли немедленно
должно было бы исчезнуть из Хрустального дворца все то, что тот народ выдумал, — наша матушка, Русь православная, провалиться бы могла в тартарары, и ни одного гвоздика, ни одной булавочки
не потревожила бы, родная: все бы преспокойно осталось на своем
месте, потому что даже самовар, и лапти, и дуга, и кнут — эти наши знаменитые продукты —
не нами выдуманы.
Теперь уже
не было слышно в старшем отделении звучного молодого смеха.
Не слышалось, как раньше, беспечного, резвого говора. Тихо и чинно собирались группами, толковали о «главном», о том «неизбежном», что
должно было случиться
не сегодня-завтра — о выходе из приюта на «вольные»
места. Ждали нанимателей, загадывали, какие-то они
будут — добрые или злые, хорошее или дурное «
место» выпадет на долю каждой…
Никогда
не должно уходить с
места,
не попробовав поудить на удочки разной величины и разной глубины и на все роды насадок, какие у вас
есть.
Рыба бывает непостижимо своенравна и прихотлива, по крайней мере так кажется нам по нашему неведению: сколько раз со мной случалось, что на удочку, хуже других устроенную,
не на
месте лежащую, на один и тот же обрывок червяка или рака беспрестанно брала хорошая рыба, тогда как наплавки других удочек, во всем ее превосходящих, с живою, лакомою насадкой, лежали неподвижно; таким указанием пренебрегать
не должно, и,
не мудрствуя лукаво, советую, оставя другие удочки, продолжать удить на ту, на которую берет, то
есть на счастливую, насаживая на нее
не целых червей и раков, а небольшие обрывки их и закидывая удочку на то же самое
место.
Для кого
не скучно переходить с
места на
место, а, напротив, скучно сидеть на одном и том же
месте, напрасно ожидая клева порядочной рыбы; кто любит скорое решение:
будет или
не будет брать; кто любит повозиться с рыбой проворной, живой, быстрой в своих движениях, которая выкидывает иногда необыкновенные, неожиданные скачки, — тому уженье щук и вообще хищных рыб
должно преимущественно нравиться.
Места надобно выбирать
не мелкие и
не слишком глубокие; крючок с насадкой червя навозного или земляного (на хлеб удить на быстряках неудобно) от сильного течения
будет прибивать к берегу, и потому
должно так класть или втыкать удилище, чтобы насадка только касалась берега и чтоб леса и наплавок
не ложились на него; в противном случае они станут при подсечке задевать за берег, а это никуда
не годится: рыба, хватая играющую насадку с набега, сейчас встретит упор от задевшей лесы или наплавка и сейчас бросит крючок, да и подсечка никогда
не может
быть верна, ибо рука охотника встретит такое же препятствие, и подсечка
не может сообщиться мгновенно крючку.
Уженье линей на мелких
местах, посреди густых водяных трав, что случается очень часто, требует особенной ловкости и уменья: запутавшись, завертевши лесу за траву, линь вдруг останавливается неподвижно; разумеется, тащить
не должно; но если рыбак, ожидая времени, когда линь придет в движение, опустит удилище и
будет держать лесу слишком наслаби, то иногда линь с такою быстротою бросается в сторону, что вытянет лесу в прямую линию и сейчас ее порвет (разумеется, линь большой); а потому советую удить в травах на лесы самые толстые, крепкие и употреблять удилища
не слишком гибкие.
— Челнок их в пристани;
не трогайте его с
места. Напротив, употребите все средства, чтобы обеспечить их от опасности. Наше дело подвизаться и гибнуть за отечество, если нужно: в гербу каждого дворянина вырезаны слова чести, долга, славы; сердце каждого из нас
должно выучить эти слова с малолетства, тотчас после заповедей господних. А конюхов зачем неволею тащить, может
быть, на гибель за предмет, которого они
не понимают?..
Она — чего нам забыть
не должно, — своим примером внушив немецкой княжне, что́ может народность над сердцем русского, подарила нас великою государынею, которая потому только в истории нашей
не стоит на первом
месте, что оно
было занято Петром беспримерным.
Войницев. Может
быть… B данном случае
не должно иметь
места это «может
быть»… Обвинение
не шуточное!
Райку,
должно быть, тоже она понравилась, и он единодушно захлопал, но в задних рядах зашикали, и сидевший на самом последнем
месте мужчина, обернувшись, сказал: «Музыке
не хлопают-с».
Он
не был у нас, но Мане,
должно быть,
было что-нибудь передано, сказано или уж я
не знаю, что такое, но только она вчера первый раз спросила про ту картину, которую он подарил ей; вытирала ее, переставляла с
места на
место и потом целый послеобед ходила по зале, а ночь
не спала и теперь вот что: подайте ей Истомина!